Меркачева Ева Михайловна

Специальный корреспондент Московского комсомольца

6 ноября 2018, 01:28 нет комментариев

«ЧК против ФСБ»: как связано дело бывшего КГБэшника Заречнева с Хорошавиным

Поделиться

Во вторник, 6 ноября, суд вынесет приговор пожилому полковнику КГБ-ФСБ Владимиру Заречневу (обвинялся по экзотической статье «Обещание посредничества во взяточничестве», которую переквалифицировали на «Мошенничество»). Его имя неизвестно обывателям, но для сотрудников спецслужб он легенда. Внедрялся в самые опасные банды и однажды даже разоблачил итальянскую мафию... О некоторых проведенных им спецоперациях сняты учебные фильмы для студентов академии ФСБ.

То, что происходило на судебном процессе по делу Заречнева, тоже достойно киноленты. Я бы назвала ее «ЧК против ФСБ» или «Старая гвардия чекистов против молодой поросли». Такое количество генералов некогда могущественного ЧК в одном месте (в данном случае в зале Московского гарнизонного военного суда) вряд ли кто когда видел. Все они пришли сказать слово в защиту Заречнева, которого посадили за решетку их молодые последователи из ФСБ. Для некоторых из ветеранов это был последний бой с учетом возраста и здоровья.

«ЧК против ФСБ»: как связано дело бывшего КГБэшника Заречнева с Хорошавиным

Легенды КГБ генерал Владимир Иванов и Фарид Шарапов нервничают в коридоре суда.  

Если вы хотите глубже познать жизнь, услышать правдивые рассказы давно минувших дней и своими глазами увидеть их героев — ходите почаще на процессы военных судов. Иные здешние заседания — настоящие сокровища для любителей истории.

Дело Владимира Заречнева, несомненно, одно из таких. И хоть судят полковника по обвинению в преступлении, совершенном совсем недавно, в судебном процессе принимают участие персонажи поистине исторические, и показания они дают о делах давно минувших дней.

В двух словах напомним про дело Заречнева (напомним, «МК» публиковал большое расследование). Защитники полковника уверены, что само это дело, так сказать, техническое, было возбуждено в поддержку обвинения против экс-губернатора Сахалина Александра Хорошавина. Обвиняемые (почти все, кроме Заречнева) дали за решеткой те самые показания на Хорошавина, которые оказались для экс-губернатора роковыми.

Но сейчас не об этом, а о том, что происходило на суде.

Два года без малого слушалось дело, за это время в качестве свидетелей были допрошены десятки, сотни людей. А поскольку Заречнев всю жизнь отдал службе (с 1973 года был на оперативной и руководящей работе сначала в КГБ, затем в ФСБ и СВР), в суд пришли сотрудники этих ведомств. Подполковники, полковники, генералы, получившие свои звания еще в советские годы. Многие пришли в спецслужбу сразу после войны, занимались исключительно организованной преступностью. Все они давно не у дел, на пенсии, кто-то пишет мемуары (в основном в стол, потому что опубликовать вряд ли решатся), кто-то занялся садоводством или правнуками. Прерывать привычный размеренный образ жизни и приехать в военный суд они могли только в одном случае — чтобы попытаться спасти боевого товарища, которому верили и верят. В коридоре суда они вздыхали, говорили, мол, в глазах у молодого поколения чекистов в лучшем случае погоны да звезды, в худшем — денежные знаки.

На самом заседании генералы говорили про честь офицерскую, про то, как спасали друг друга, как рисковали жизнью ради дела. Рассказывали про спецоперации Заречнева, про его подвиги (настаивали на этом слове — «подвиг»).

Полковник во время спецоперации во времена КГБ

Прокурор и потерпевший невольно ежились.

Экс-замначальника УСФСБ по Москве и Московской области генерал-майор Фарид Шарапов говорил, чеканя слова: «Заречнев служил под моим началом. Твердо утверждаю, что он был одним из лучших офицеров. Работал в бандах под прикрытием. Один из немногих в мирное время награжден орденом за проявленное мужество».

Почти все то же самое в свойственной военным манере повторит бывший замначальника УРПО ФСБ РФ генерал-майор Николай Степанов, и не только он. Вспомнят про внедрение Заречнева (почти без прикрытия!) в итальянскую мафию, о том, как об этой спецоперации на заседании Верховного Совета докладывал министр госбезопасности.

Легенды КГБ на просьбу обвинения охарактеризовать Заречнева говорили примерно то же, что и генерал-лейтенант Владимир Иванов: «Что сказать отрицательного — не скажу, и не пытайте. А положительного сколько угодно. Надежный друг, высочайший профессионал, очень порядочный». Иванов, кстати, — председатель попечительского совета международного фонда «Правопорядок центр».

Преступление, которое вменяют Заречневу, тот совершил будучи президентом этого фонда. И вот генералы стали рассказывать то, о чем лично мало кто имеет представление. Подобные фонды, оказывается, создавались с двумя целями — помощь сотрудникам, попавшим в бедственное положение (особенно пограничникам), и отслеживание движения в криминальном мире. Последнее особенно интересно. В фонды, по их словам, приходили бандиты, которые тяготились своим прошлым, искали «крышу» и возможность «обелиться». Так что спецслужбы получали возможность полностью их контролировать. Часто фонды (в частности, заречневский) оплачивали то, что не могло позволить государство, — агентские деньги тем, кто внедрялся в ОПГ. Были случаи, когда сами фонды направляли туда людей. Через эти структуры вели переговоры чекисты и криминальные лидеры. Ну и вообще много-много всего интересного происходило в недрах таких эфэсбэшных фондов. Заречнев, как выяснилось, будучи президентом «Правопорядок Центр», являлся действующим, прикомандированным сотрудником управления «М», то есть находится при исполнении.

Первый завтрак дома - 14 июня 2018 судья изменил меру пресечения и отпустил Заречнева под домашний арест. В СИЗО-1 «Кремлевский централ» полковник пробыл 3 года 7 месяцев 14 дней.

«По документам проходил как уже уволившийся, то есть конспирация была серьезная», — объясняли выступающие на суде коллеги. И расскажут, как он, работая в фонде, перекрыл один из каналов поступления наркотиков и оружия в страну.

И все же былые заслуги не могут спасти от наказания за преступление.

— Но вот было ли оно? — рассуждает ветеран-муровец Алексей Дарков, который для того, чтобы выступить официальным защитником Заречнева, получил статус адвоката. — Вот что произошло на самом деле, на мой взгляд. Единственный крупнейший банк в регионе начали «глушить» — пошли постоянные проверки и обыски (правоохранители о них громко объявляли, и вкладчики забирали деньги). Николай Кран, который создал банк и у которого рушился бизнес, начал искать методы защиты. Появились люди, которые готовы были ему помочь, в том числе за деньги. Они бегали по кабинетам и инстанциям, добежали до Заречнева. Но тот ничего им не обещал. Однако все контакты были зафиксированы, а УСБ ФСБ очень нужен был Кран, чтобы тот дал показания на экс-губернатора Хорошавина. В итоге образовалось цепочка Хорошавин–Кран–Заречнев. И Кран нужные следствию показания в конечном итоге дал, а потом неожиданно... умер. Я в смерть Крана не очень верю. Думаю, он попал под программу защиты свидетелей. Сам Заречнев никаких показаний на Хорошавина дать не мог, потому что не был с ним лично даже знаком. Но он действительно оказался очень важным звеном в громком деле против экс-губернатора. А если говорить по простому — полковника, несмотря на все его былые заслуги, отдали на заклание ради того, чтобы посадить Хорошавина.

Связь с делом Хорошавина многие уловили сразу — полковника и губернатора арестовали почти одновременно, оба сидели в одном СИЗО. Изначально следствие предполагало, что деньги Заречневу за помощь банку предлагали те же люди, которые давали взятки Хорошавину, — то есть бизнесмен Кран и его знакомые, выступавшие в роли посредников. А еще в деле появился эпизод с главой УФСБ по Сахалинской области генералом Игорем Стручковым. Дескать, «ходоки» просили сместить его, поскольку он якобы создавал всякого рода проблемы Хорошавину. Просители действительно приходили и имя Стручкова называли и даже приносили на него некий «компромат», но Заречнев «послал их лесом». В итоге все обвинение строилось на показаниях одного человека, ранее задержанного по другому преступлению. Но даже он на очной ставке не подтвердил, что Заречнев собирался снимать Стручкова и помогать в передаче взятки на эти цели.

Вставшие на защиту полковника ветераны спецслужб уверены, что все произошедшее с Заречневым — примета времени. И добавляют, что пришли на суд, чтобы показать: старая гвардия как жила, так и живет другими ценностями. Она и сама не сдается, и своих не сдает. Только изменит ли это что-то в судьбе пожилого полковника?

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Что я думаю о социальной сети Gulagu.net, проекте против коррупции и пыток?

Меркачева Ева Михайловна

Меркачева Ева Михайловна

Журналист, заместитель председателя ОНК Москвы

Проект против пыток и коррупции Gulagu.net  сделал то, во что даже трудно поверить. Он объединил тысячи людей в борьбе против произвола в тюремной  системе.  О проекте знают в каждой колонии и в каждом СИЗО, и попасть "на карандаш" блогеров  для многих тюремщиков означает потерять авторитет и, возможно,  даже работу и порой - свободу.  Gulagu.net читают люди в ФСИН, в Кремле, его изучают граждане, живущие за рубежом, в том числе журналисты с мировым именем.  Мне известны случаи, когда после публикации на сайте возбуждались уголовные дела, задерживались коррупционеры, освобождались наконец невиновные.   Многие жалобы заключенные пишут сначала сюда, а потом уже в ОНК. Это говорит о высочайшем уровне доверия, о том, что арестанты знают - их просьбу о помощи не оставят в стороне. 
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3456 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ